Сочинения по русскому языку и литературе
С нашим сайтом написать сочинение проще простого

На нашем сайте 3753 сочинения! Не понравилось одно — найдите другое на эту же тему:

Художественные особенности и композиционная своеобразие романа Н. Г. Чернышевского «Что делать?»


Нетрадиционная и непривычная для русской прозы XIX века завязка сюжета, больше свойственна французским авантюрным романам, - загадочное самоубийство, описанное в первой главе «Что делать», - была, по общепринятому мнению всех исследователей, своего рода приемом, интригующий, призванным запутать следственную комиссию и царскую цензуру. Той же цели служил и мелодраматический тон повествования о семейной драме во второй главе, и неожиданная название третьей - «Предисловие», начинающееся словами: «Содержание повести - любовь, главное лицо - женщина, - это хорошо, хотя бы сама повесть и была плохая ... ». Более того, в этой главе автор, полушутя-напивзнущальним тоном обращаясь к публике, признается в том, что он вполне обдуманно «начал повесть эффектными сценами, вырванными из середины или конца ее, прикрыл их туманом. После этого автор, вдоволь посмеявшись над своими читателями, говорит: «У меня нет ни тени художественного таланта. Я даже и языком владею плохо.

Но это все-таки ничего ... Истина - хорошая вещь: она вознаграждает недостатки писателя, который служит ей ». Читатель в недоумении: с одной стороны, автор явно пренебрегает его, с другой - вроде готов раскрыть перед ним все карты и к тому же интригует его тем, что в его рассказе присутствует еще и скрытый смысл! Читателю остается одно - читать, а в процессе чтения набираться терпения, и чем глубже он погружается в произведение, тем большим испытанием подвергается его терпение ... В том, что автор действительно плохо владеет языком, читатель убеждается буквально с первых страниц. Так, например, Чернышевский имеет слабость к нанизывания глагольных цепочек: «Мать перестала насмилюватися входить в ее комнату, обожает повторы:« Это другим странно, а ты не знаешь, что это странно, а я знаю, что это не удивительно. Язык автора небрежная и вульгарная, и порой возникает ощущение, что это - плохой перевод с чужого языка: «Господин вломався в амбицию», «Долго они щупали бока одному из себя», «Люди распадаются на два главных отделы», «Конец этого начала происходил, когда они проходили мимо старика ». Авторские отступления темные, корявые и многословные: «Они даже и не подумали того, что думают это; а вот это-то и есть самое лучшее, что они и не замечали, что думают это», «Вера Павловна ... стала думать, не совсем, а несколько, нет, не немного, а почти совсем думать, что важного ничего нет, что она приняла за сильную страсть просто мечту, которая рассеется в несколько дней ... или она думала, что нет, не думает этого, что чувствует, что это не так? Да, это не так, нет, да, да, все тверже она думала, что думает это ».

Временами тон повествования словно пародирует интонации русской бытовой сказки: «После чая ... пришла она в свою комнатку и прилегла. Вот она и читает в своей кроватке, только книга опускается от глаз, и думаеться Вере Павловне: что это, в последнее время, стало мне немного скучно иногда? ». К сожалению, подобные примеры можно приводить бесконечно ... Ничуть не меньше раздражает смешение стилей: на протяжении одного смыслового эпизода те же лица то и дело сбиваются с патетически-возвышенного стиля на бытовой, фривольный либо вульгарный. Почему же российская общественность приняла этот роман? Критик Скабичевський вспоминал: «Мы читали роман чуть ли не преклонив колени, с таким благочестием, какое не допускает ни малейшей улыбки на устах, с которым читают богослужебные книги. Даже Герцен, визнаючись, что роман «гнусно написано», немедленно обмовлявся: «с другой стороны, много хорошего. С какой же «другой стороны»? Очевидно, со стороны Истины, служение которой должно снять с автора все обвинения в бездарности! А «Передовые умы» той эпохи Истину отождествляли с пользой, Польза - с Счастьем, Счастье - со служением все той же Истине ... Как бы то ни было, Чернышевского трудно упрекнуть в неискренности, ведь он хотел добра, причем не для себя, а для всех! Как писал Владимир Набоков в романе «Дар» (в главе, посвященной Чернышевскому), «гениальный русский читатель понял то доброе, что тщетно хотел выразить бездарный беллетрист. Другое дело, как сам Чернышевский шел к этому добру и куда вел «новых людей». (Вспомним, что Цареубийца Софья Перовская уже в ранней юности усвоила себе рахметовську «боксерскую диету» и спала на голом полу.) Пусть революционера Чернышевского со всей строгостью судит история, а писателя и критика Чернышевского - история литературы.






Читайте также:



Это важно знать



Здесь можно скачать любое сочинение бесплатно