Сочинения по русскому языку и литературе
С нашим сайтом написать сочинение проще простого

На нашем сайте 3753 сочинения! Не понравилось одно — найдите другое на эту же тему:

Преодоление немоты и безумия в «Реквиеме» Анны Ахматовой


Идея «Реквиема» А. Ахматовой может быть выражена в форме повинности и противоречия. Поэт должен выразить свое личное горе, иначе - паралич памяти и безумие. Поэт должен выразить народное горе, стать голосом «стомиллионного народа», иначе - разрыв исторической памяти и потеря исторического содержания. Но единственная возможная реакция на ужас что творится - немота. Отсюда трагическое противоречие «Реквиема»: необходимость слова в ситуации немоты. Б. Пастернак в своей рецензии на военные стихи А. Ахматовой писал об одном из них: «Ее стихи об убитом ленинградского мальчика полные неистовой горечи и написаны словно под диктовку матери или старой севастопольской солдатки». Приведем один из военных стихов Ахматовой:

И все, кого сердце мое не забудет, Но кого нигде почему-то нет ... И страшные дети, которых не будет, Которым не будет двадцать лет, А было восемь, а девять было, А было ... Довольно, не мучай себя, и все , кого ты действительно любила, Живыми останутся для тебя.

Две много точек, которые обрывают фразы, полусумасшедших «почему», в котором скрывается отчаянное «почему», еще ближе к безумию - перечисление, передающее неотступность горя («А было восемь, а девять было, а было ...») - это все признаки вещания на грани немоты. На рубеже тридцатых - сороковых Ахматова, если так можно выразиться, пишет под диктовку немоты:

Последнюю и высшую награду - Мое молчание - отдаю великомученику Ленинграда.

Немота, невозможность говорить становится лейтмотивом «Реквиема», поэмы о мире как бессмысленный сон, о горе, бессловесный, невыразимое:

Все перепуталось навек, И мне не разобрать Теперь, кто зверь, кто человек, И долго казни ждать.

Вот как об этом рассуждает И. Бродский: «трагедийность« Реквиема »не в гибели людей, а в невозможности того, кто выжил, эту гибель осознать Его,« Реквиема », драматизм не в том, какие ужасные события он описывает, а в том, во что эти события превращают твою ... сознание, твою представление о самом себе ». Никто в русской поэзии не смог бы лучше Ахматовой, простым и сдержанным словом, выразить экстремальный душевное состояние. Это удивительное свойство ее лирики оказалась еще в начале творческого пути, когда были написаны такие, например, строки:

Десять лет замираний и криков, Все мои бессонные ночи Я вложила в тихое слово И сказала - зря.

Пережитое Ахматовой в тюремных очередях, однако, превышало все возможные «замирания и крики» обычной жизни. Это, как и концлагеря, еврейские гетто, Колымские рудники и другие ужасы XX века, ощущались как нечто запредельное, отрицательно человеческий опыт и «исторические привычки». Как же это выразить? Ахматова сделала, казалось бы, невозможное: выразила немоту и таким наблюденияб преодолела немоту (то есть сделала то, к чему призывала другая мученица русской поэзии XX века - М. Цветаева: «Петь не могу! Это оспивай». Чувствуя жестокие угрызения совести (которые пытается реконструировать И. Бродский: «... так что же ты за монстр такой, если весь этот ужас и кошмар еще и со стороны видишь?"), Ахматова подвергает свои же собственные страдания поэтическому анализу:

Уже безумие крылом Души накрыло половину, И поит огненным вином, И манит в черную долину. И поняла я, что ему Должна я уступить победой, Прислушиваясь к своему, Уже как бы чужому бред.

Лирический герой Ахматовой раздваивается: с одной стороны, сознание, что страдает и не выдерживает страдания, с другой - сознание, что бесстрастно наблюдает за этим страданием: «Нет, это не я, это кто-то другой страдает. Я бы так не могла, а то, что случилось, Пусть черные сукна покроют И пусть унесут фонари ... ». Ясная логика и классический строй ее стиха прерывается, размер нарушается. «Черные сукна, ночь без фонарей - иносказания, означающие остановлено, парализована вещания. Как «личность», как лирическое «я» Ахматова не может говорить. Благодаря чему она все же говорит, благодаря чему вновь обретает классические размеры и благородную ясность? Она получает право на слово как обязанность - она призвана сказать от имени всего «стомиллионного народа». Она должна свидетельствовать. «Как-то раз кто-то« узнал »меня, - пишет Ахматова« вместо предисловия ». - Тогда в очереди со мной женщина с голубыми губами ... опомнилась от свойственного нам всем оцепенения и спросила меня на ухо (там все говорили шепотом): - А это вы можете описать? И я сказала: - Могу. И Ахматова начинает свидетельствовать - с опорой на традицию, на мировую культуру. «Мы все время слышим разные голоса, - говорит о« Реквием »Бродский, - то просто женский, то вдруг поэтессы, то перед нами Мария». Вот «женский» голос, который пришел с плача и грустных русских песен: Эта женщина больна, Эта женщина одна,: Мужчина: в могиле, сын в тюрьме, помолитесь обо мне. Вот - «поэтесса», с безмерным удалением оглядывается на погибшее, как Атлантида, серебряный век:

Показать бы тебе, насмешницы И любимице всех друзей, Царскосельский веселой грешницы, Что случится с жизнью твоей ...

Вот наконец жертвенные тюремные очереди равны каждую мученицу-мать к Богоматери. Три древних традиции - народно-песенная, поэтическая (недаром процитированы пушкинские слова: «каторжные норы») и христианская помогают лирической героине «Реквиема» выстоять в неслыханном испытании. «Реквием» завершается преодолением немоты и безумия - торжественным и героическим стихотворением. Оно перекликается со знаменитыми «Памятниками» Горация, Державина и Пушкина. Ахматова «дает согласие» на памятник себе, но с условием, что поставят его ... здесь, где стояла я триста часов И где для меня не открыли засов. То есть с условием, что это будет памятник не поэту, а матери, одной из многих и многих. Завершение «Реквиема» таким «памятником» означает победу человека над ужасом и оцепенение, победой памяти и содержания.

Я была тогда с моим народом, Там, где мой народ, к несчастью, был. Г. Ахматова

языке, которые поставят его ... здесь, где стояла я триста часов И где для меня не открыли засов. То есть с условием, что это будет памятник не поэту, а матери, одной из многих и многих. Завершение «Реквиема» таким «памятником» означает победу человека над ужасом и оцепенение, победой памяти и содержания.

Я была тогда с моим народом, Там, где мой народ, к несчастью, был. Г. Ахматова






Читайте также:



Это важно знать



Здесь можно скачать любое сочинение бесплатно